Леонид
Израелит
Я родился в
Ленинграде в
1957 году. В
детстве ходил
в
поэтический
клуб
"Дерзание"
при
ленинградском
Дворце
пионеров, участвовал
там в
поэтических
конкурсах.
Было это в
конце
шестидесятых
- начале
семидесятых
годов. С тех
пор я ни в
каких
конкурсах не
участвовал,
но писать
стихи
продолжал.
С 1992 года
живу в
Нью-Йорке,
работаю
врачом.
ПАМЯТИ
ОТЦА
Есть
ли в жизни
цель?
Подскажи,
Всевышний!
На холме
Бет-Эль, под
японской
вишней, -
Лепестков
отцветших
засохший
ворох.
Там лежит
отец мой,
Арон-бен-Борух.
"Нет,
цветов не
нужно,-
сказал мне
ребе,
– Ведь живое
чуждо для
тех, кто в
небе...
Если
хочешь
выразить
грусть
сыновью, -
Положи лишь
камешек к
изголовью".
Камень
ляжет в
землю, как
семя в пашню.
Кто-то
с неба
внемлет, - ему
не страшно, -
Страшно
тем, кто
дышит еще на
свете...
Но
друг друга не
слышат ни те,
ни эти.
Кто
блуждает
тайгою,
пустыней,
степью,
Кто бряцает
одною
постылой
цепью...
Кто в конце
этапа, - тем
путь короче.
До
свиданья,
папа.
Спокойной
ночи.
(2005)
* * *
Там,
в начале
сентября,
Так
сияло бабье
лето,
По
утрам
волнами
света
Над
Манхэттеном
горя...
И
достав во сне
луну,
Улыбались
на рассвете
Неиспуганные
дети,
Не
игравшие в
войну.
Были
помыслы
чисты,
И
взлетали в
детском гаме,
Словно
птицы-оригами,
Календарные
листы.
Вас, листы
календаря,
Не
срывать бы,
не
сорваться...
Как
хотел бы я
остаться
Там,
в десятом
сентября!
(2003)
* * *
Что
ищет человек
с рождения до
смерти?
Любовь
не всем дана -
и жалобы
пусты.
Уже
окончен век,
уже написан
Вертер,
Оборвана
струна,
обуглены
мосты,
Теснее круг
друзей,
бледнее
профиль
лунный,
Войною
бредит мир,
проклятия
кружат...
Когда
по двадцать
пять -
влюбляются
безумней,
Когда
по сорок пять
- любовью
дорожат.
Мы не
считали дней,
мы плыли
наудачу...
В
любови, как в
реке,
неразличим
исток.
Прижмись
ко мне
тесней,
вздохни, - и я
заплачу,
И
скомкаю в
руке
исписанный
листок.
(2003)
НЕМНОГО
О СЕБЕ
Мне
сорок три. Я
трижды был
женат,
В
трёх странах
жил, страдал...
Так отчего
же,
Когда
взгляну
внимательно
назад,
Всегда
мне видится
одно и то же:
Анапа,
кипарисы
вдалеке,
И
плеск волны,
волнующий и
нежный,
И
раковина
тёплая в
руке,
И
мама за
другую руку
держит.
Нет,
наше детство
не отпустит
нас.
Пусть
меньше сил, и
сердце
бьётся тише,
Мне
кажется - и в
мой
последний
час
Я
снова песню
этих волн
услышу,
И
полечу
стремительно
во тьму -
К
той сказке, к
детству, к
морю, к маме, к
папе, -
И что-то
очень важное
пойму...
Ах,
как мы были
счастливы в
Анапе!
(2001)
* * *
Каждое
расставание -
это прощание
навсегда.
Ты в
конце концов
понимаешь,
что не
войдёшь дважды
в ту же реку,-
И не
только
потому, что в
ней течёт уже
совсем
другая вода,
Но и
ты - другой, и
нет возврата
к тому,
прежнему человеку.
Каждое
расставание -
это
маленькая
репетиция
смерти.
Вне
зависимости
от страны,
расстояния,
возраста,
климата,
времени
года,-
Все
равно подо
всем этим
нащупываешь,
как повестку
в конверте:
Что-то
мутное дышит
и ждёт тебя,
ждёт, - у
выхода, или у
входа...
Ибо
вход или
выход -
только
символы,
знаки дороги,
А
дорога одна, -
у тебя, у
стрижа, у
собаки, жирафа,
жука,
мастодонта...
И
когда ты
зверски
устал, и не
хочешь, чтобы
промокли
ноги, -
То
скользишь босиком
по
поверхности
той же реки, к
той же линии
горизонта.
(2004)
ПРЕДПОЛЁТНОЕ
НАСТРОЕНИЕ
Выдыхая
морозный,
хрустящий
воздух,
Выцветающий,
словно на
старом
снимке,
Ощущаешь
жизнь, как
привал, как
отдых,
Неглубокий
сон в
предрассветной
дымке...
...В
самолётном
чреве
кита-гиганта
Продремать
полёт,
подогнув
колени,
Завести
интрижку с
сестрой
таланта,
И уйти
в рассвет, не
отбросив
тени...
(2004)
* * *
Кто
наград не
искал и не
лез напролом,
Тот, кто не
плутовал за
игорным
столом,
Кто под бой
барабанный
не шёл на
парад,-
Мой источник,
мой предок,
мой прадед,
мой брат...
Я завидую
вам, дорогие
мои
Иудеи, не
евшие мяса
свиньи,
Жизнь
проведшие
строго, средь
круга родни,
Посвящавшие
Богу
субботние
дни...
Тишина.
Семисвечник
горит на
столе.
Звёзды в
форточке
тлеют, как
угли в золе.
Час вечерней
молитвы.
Покой.
Витебск спит.
Светлый
мальчик со
скрипкой над
крышей летит...
Пусть минует
тебя пламя
завтрашних
бед,
Пусть тебя
защитит тот
мерцающий
свет!
Сквозь
безмерность
грядущих
кошмаров - пройди
С
шестикрылой
мишенью на
впалой
груди...
Сколько лет
сквозь тебя
прорастает
трава?
Слышу голос
беззвучный
из душного
рва,
Где цикады
поют и цветут
васильки
Над
невидимым
контуром
детской
руки...
Кто не верует
в смерть - тот
вовеки живёт.
Так молись
же, не зная
грядущих
невзгод!
Я с тобою
молюсь, чтоб
в веках
сохранить
Наших душ
неразрывную
нить.
* * *
Я
думал, - нет
тебя давно.
Что может
скрыться в
закоулке
Воспоминанья?..
Стук в окно,
Дождь на
траве, письмо
в шкатулке,
Слепая ночь,
святая ложь:
"Всё будет
так, как ты
хотела."
И та
божественная
дрожь,
Когда лица не
разберёшь,
И нет границ
души и тела...
Придя к
началу, иль к
концу,
Подобно
глупому
птенцу,
Сквозь
скорлупу
забот
проклюнусь,
И робко
оглянусь
назад,
Почувствовав
знакомый
взгляд:
Ты ждёшь
меня. Ну,
здравствуй,
юность.