Татьяна Калашникова

 

 

НЕМНОГО СТРОК

А завтра точно будет лучше, -
как все с начала, как с нуля.
Сойдутся, предоставив случай,
на небе звезды, и земля
простит ошибки, позабудет
плевки и битое стекло...
Все будет лучше, точно будет...

Дожди прошли и замело
сугробами тяжелой грусти
порыв вчерашний и восторг.
В глазах - тоска, на сердце - пусто,
а на листе - немного строк.

 

 

* * *

В удушье сутолоки шумной,
в толпе подвижной и живой,
почувствовав себя безумной,
ненужной, сброшенной листвой
каштанов старых вдоль аллеи,
когда-то пройденной не раз,
теперь бесхитростно алею
осенней охрою.

И глаз
знакомых не ищу, как прежде,
не жду, сердечком замерев
в тревожно-трепетной надежде,
что вдалеке из-за дерев
послышится знакомый голос,
взмахнет красивая рука

Посев отцвел, и срезан колос
для поминального венка.



                       

    ВОЗВРАЩЕНЕЦ


Мне слово возвращенец -
прогоркшее прости,
покинутый младенец,
немое отпусти,
порывистое больно,
распущенное блядь...

И этого довольно.
И этим не объять:
немого возвращенец,
печального прости...
Рыдают, как младенец,
и просят - Отпусти -
измученный рассудок,
ранимая душа...

А мимо пьяных будок
проходит, не спеша,
бездомный возвращенец
и верит, что вот-вот
отвергнутый младенец
мать снова обретёт.

                       

        ПОРТРЕТ


На стеллаже стоит портрет
ее любовника и мужа.
А там: любовник не одет,
скупой супруг суров, как стужа.

Любовник, жарко обхватив
рукой ее бедро в постели
нашептывает лейтмотив
из сладких слов...

                              Ну, неужели,
когда вспорхнет ночная птица,
он снова в мужа превратится?!

 

 

Auf dem Wasser zu Singen

 

Александру Избицеру

  

Прощай, прощай...

Да я и так прощаю

(Б.Окуджава)

 

И чаек крик прощание пророчит,

и небо растревожилось густой,

клубящейся дымами серой тучи

белесой пеленой. Постой, постой!

Не торопи: осеннюю кручину,

к зимовью птиц резные косяки,

волнуется орешник, сгорбив спину

под ветром, у взволнованной реки.

Постой, постой!, шумит камыш, осыпав

подвыцвевший коричневый бутон

на рябь воды. Постой, хлопочут липы,

не ускоряй прощальный фаэтон.

 

Не подгоняй, попридержи поводья,

дай надышаться пряною травой,

дай налюбиться под ветвистым сводом

и с пьяною от счастья головой

уснуть под шепот девственной березы,

перебирая в пальцах поздний цвет,

рассматривать мистические грёзы

грядущих и ушедших зим и лет,

ложится стих чредой неровных строчек

 

А чаек крик прощание пророчит.

 

Июль, 2004

 

 

Соната Молчания

 

                                       Брату Володе

 

Пойдем со мной к реке. Прохладной тенью
покрой мои незримые следы.
Обряд святого воссоединенья
души усталой и речной воды
я покажу. Ни звуком и ни жестом
не беспокой лазурной пустоты.
Волшебный миг великого блаженства
не хочет слов, не терпит суеты.
Коснись реки тихонечко рукою,
доверься ей, расслабившись, войди
в речную воду, душу успокоив
и позабыв, что за и впереди.
Закрой глаза. Какие ароматы!
Божественно! Вдыхай, вдыхай сильней.
Дыши водой, речной травой и мятой.
Ты - дух реки, дух ветра и полей.
Закрой глаза и слушай, слушай
Журчанье, лёгкий всплеск, сверчок
Ты - высший слух. Забудь про уши.
Вот-вот коснётся струн смычок.

Еще мгновенье и...
проникновенно,
пронзая неба облачную вату,
струится зычно музыка Вселенной.
Для нас звучит Молчания Соната.

Июль
1999