m r o m m . c o m                    Стихотворения_и_поэмы

Виктор Каган

И одного хочу...
 

Виктор Каган (Даллас, Техас)

 

mromm.com

Содержание    

Не до жиру, мой друг, не до жиру... 1

Иону Дегену.. 2

У каждого свой собственный Пилат.. 3

Звон цикад. Топочет ёж... 4

Тикает в ходиках крана вода... 4

Что должен отплачу... 5

 

Не до жиру, мой друг, не до жиру...

* * *

Не до жиру, мой друг, не до жиру.

Быть бы живу, а смерть не зови.

Жизнь жировки даёт по ранжиру,

как нагреть её ни норови.

 

И в глаза поглядевши надежде,

ухмыльнувшись: Быка не дои!,

мы протягиваем по одежде

ноги, мысли и планы свои.

 

Сумашествие благополучно,

а с ума всё никак не сойти.

Веселимся, но вяло и скучно.

Водку пьём и она не ахти.

 

Пепел стряхиваем на колени,

В тараканьи играем бега.

Не олени мы, друг, не олени,

Хоть не лезут под шапку рога.

 

Счастье нас с понятыми не ищет,

по пятам, как гусак, не бежит.

Только в лёгких разбойники свищут

и скелет между книжек лежит.

 

Ликом вниз на капусту положен,

как ведётся давно на Руси,

помоги нам, таинственный Боже,

если ты ещё, Боже, еси.

 

К содержанию           |          Все поэты

 

Иону Дегену

 

1

Сорок печальный, сорок проклятый,

сорок растерянный, сорок святой,

сорок невинный и виноватый,

сорок кровавый, сорок простой...

 

День за три года, год за полвека.

Жизнь паутинкой в горящем лесу,

лучиком сквозь обожжённое веко,

жилкой височной дрожит на весу.

 

Сорок весёлый хрупкой пластинкой

хрустнул под болью чёрной луны.

Мальчик выходит, взмахнув хворостинкой,

против быков разъярённых войны.

 

2

Тогда, в свои шестнадцать лет

шагнувший в пекло преисподней,

он, Божьей милостью поэт,

мудрее был, чем я сегодня.

Напластование времён

я чувствую душой и кожей.

Старею, стало быть. А он

он и сейчас меня моложе.

 

К содержанию           |          Все поэты

У каждого свой собственный Пилат

***

 

У каждого свой собственный Пилат!

У моего есть имя это Совесть!

Ольга Моисеева

У каждого свой собственный Пилат!

Я согласиться с этим был бы рад,

когда б вы не назвали имя Совесть.

А это уж совсем иная повесть.

Пилат от кесаря. Чинуша. Бюрократ.

И если я пред ним и виноват,

то совесть мне за это не пеняет

она совсем другую правду знает.

Да если б не распятие Христа,

кто б помнил про Пилата? Мелкота,

ну, губернатор, секретарь обкома...

Кто до него был? Имя вам знакомо?

Невинного распять приговорен,

вы помните, как мучается он,

как совесть разрывает болью темя,

а надо не с Га-Ноцри надо с теми,

и он не Гамлет: Быть или не быть?

не философствовать поставлен, а судить.

Служака он выносит приговор,

а совесть продолжает разговор,

корит, напоминает, будит ночью,

когда Га-Ноцри перед ним воочью

и глаз не спрячешь от его лица...

 

Пилат от кесаря.

А Совесть от Творца.

 

 

К содержанию           |          Все поэты

Звон цикад. Топочет ёж...

***

Звон цикад. Топочет ёж.

Тенью смыло кровь заката.

Время вспять не повернёшь,

не вернёшься в то когда-то,

где мгновенье тишины

в слове, птицей промелькнувшем,

и уже предрешены

сожаленья о минувшем,

возвращения в давно

Надо было...

Было ль надо?

Было так, как быть должно

и отрава, и отрада,

сладкий сон и горький стыд,

ложь и правда, слабость, сила,

всплески счастья, бедный быт...

Что ж талдычить: Надо было?

Что былое ворошить,

что мешать золу в камине

и унынием грешить,

сто рублей ища в полтине?

Ночь прильнула к тишине,

пятачок луны в окне

и к могиле льнёт могила.

Надо было... надо было...

 

К содержанию           |          Все поэты

Тикает в ходиках крана вода... 

***

Тикает в ходиках крана вода.

Время по капле вливается в Лету.

Вот и ещё одна песенка спета.

В утреннем свете тает звезда.

 

Выдоха шёпот растаял в тиши

зеркало неба не запотело.

Не шелохнётся усталое тело.

Выпей, а хлеб воробьям покроши.

 

Весело серым крошки клевать,

счастьем встречая всякую малость.

Спросишь кукушку сколько осталось?

- Сколько сумеешь не забывать.

 

К содержанию           |          Все поэты

Что должен отплачу...

***

Что должен отплачу,

что не успел отплачу.

По росту, по плечу

себе я век назначу.

 

В нём главные слова

легки, просты, глубоки,

серебряна канва

и серебрятся строки

 

из-под прикрытых век

задумчивого Бога.

Серебряный мой век

без точки, без итога.

 

В эпоху болтовни,

измученного слова

прошу его: храни

от суесловья зова.

 

И одного хочу

какая ни поруха,

ему быть по плечу,

по росту и по духу.

 

К содержанию           |          Все поэты