m r o m m . c o m Стихотворения_и_поэмы
(Из новых стихов, ноябрь – декабрь 2009 г.)
Борис Кушнер (Питтсбург, Пенсильвания)
Содержание
Иль под ребром, или в ребре...
Пусть ночь была, как злой навет...
Мой ларь растрескался привычно...
И вот пришло, что неизбежно...
Страницы жизни перелистываю...
ВАРИАЦИЯ 7-47 (НОЯБРЬ КОНЧИЛСЯ)
Последний взгляд из-под ладони...
Всю ночь я слушал ветра гул...
ВАРИАЦИЯ 7-53 (МУЗЫКАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ)
* * *
Молчание в синей бездне,
Солнце – печальный мим.
Леса смолкшие песни
Слышу сердцем моим.
Здесь что ни ствол, то веха,
Жизни глава.
Песен смолкнувших эхо… –
Как им вернуть слова?
2 ноября 2009 г., Johnstown
* * *
Иль под ребром, или в ребре
Ожог колючий. –
Печально утро в ноябре,
Как эти тучи.
Как эта роща, что насквозь
Доступна глазу,
Как наше вечное «авось»… –
………………………………..
Уснуть бы сразу…
3 ноября 2009 г., Johnstown
* * *
Поэт вопил напропалую –
То «чёрт, изыдь!», то аллилуйю,
И вот последняя черта,
А он не верит ни черта.
Вотще мольбы в усердье истом:
Он так и умер атеистом.
3 ноября 2009 г., Johnstown
* * *
Софье Гильмсон
Пусть ночь была, как злой навет,
Пусть лес – из пепла колышки. –
Но Фея дарит нам рассвет
И туфельки для Золушки.
Заря – улыбкою Творца
И музыкой секрета:
Фанфары! Полонез Дворца.
И подана карета.
4 ноября 2009 г., Johnstown
Что ни строфа, то кавардак,
И вдруг – хорош улов! –
Ну что же, радуйся, рыбак,
В волшебном море слов.
Хоть океан, но в нём вода,
Что кислый виноград. –
И пусть широки невода, –
Любой рыбёшке рад.
Как здесь обманчива лазурь, –
Вода с весла рекой.
Мятежный Дух, на поиск бурь! –
Искусство – не покой.
6 ноября 2009 г., Johnstown
* * *
Был тощий лес неистощим
Проделками зверья,
Он щели завалил лощин –
Листва, как род старья.
И стал старьёвщиком енот,
И бурундук, и лось.
А я мурчал себе без нот,
Как с детства повелось.
Есть в поздней осени уют,
И в графике аллей
Иначе говорят-поют –
И тише, и теплей…
6 ноября 2009 г., Route 22, West
* * *
Он был трагически раздвоен
Тоскою племенных оков,
Писатель – одинокий воин
Под небом, полным облаков.
Салфетка, скатерть, хоть манжета,
Спеши, перо! Сойти с ума!
За продвижение сюжета
Здесь отвечает жизнь сама.
Упорна линия прямая,
Но вкруг – сомнения змея,
И вдруг, себя не понимая,
Ты вопрошаешь: «Кто же я?»
Вотще знаменья с неба хочешь, –
Зенит – ни вздоха, ни вестей.
Лишь наступленье мельниц полчищ,
Их мясорубок лопастей.
Так кто же ты? Еврей, литовец?
Очнись, мой друг, ответ так прост! –
Он – Созидатель, не торговец,
Вершитель судеб Душ и звёзд.
Он сотворил Борей – Бореем,
Орла – орлом, чтоб мерить высь,
А ты назначен быть евреем,
Ликуй, печалуйся, гордись.
7 ноября 2009 г., Pittsburgh
* * *
Сегодня небо было в трансе,
И я как будто бы сидел
На спиритическом сеансе
С явленьями небесных тел.
Я слышал пульс иных галактик,
Их столкновенья, их разброд,
И суммой всех нездешних практик
Я знал событья наперёд.
Но мысль рвалась гнилою нитью,
И сопоставить я не мог
Число последнему событью,
Что только мне назначил Б-г.
8 ноября 2009 г., Pittsburgh
* * *
Мой ларь растрескался привычно,
Мукою строки из прорех,
А кто-то рассмеялся зычно
Сквозь ядовитый шёпот: «Грех»!
Но по правам старинной дружбы
Меня он строго не карал
Мечом своей секретной службы,
Мефисто, ада генерал.
9 ноября 2009 г., Johnstown
* * *
И вот пришло, что неизбежно,
Что не желаешь и врагу,
И Муза прошептала нежно
Мою последнюю строку.
Отныне жизнь – стихотворенье,
Была она, иль не была… –
Даруй мне, небо, примиренье,
Как птице крошки со стола…
11 ноября 2009 г., Johnstown
* * *
Ночь подкралась. А за ней
Пляска бешеных огней,
Что в лицо летят стремглав
Из долин, от горных глав.
Звёзды фар в машины склеп –
Полыхнёт, и ты ослеп.
Вспышка радостно пестра,
Да не жизнь тебе сестра.
11 ноября 2009 г., Route 22, West
В Питтсбурге ещё кругом листва,
Только кое-где деревья голы,
Здесь ноябрь не признаёт родства
С декабрём, питомцем зимней школы.
Признаю ль я сам своё родство
С поздней осенью, сединами природы? –
Ноября печально торжество,
В нём элегии уместны, а не оды.
Пусть сгибает плечи тяжкий груз, –
Прожитые годы драгоценны. –
Всё со мной при покиданье сцены –
И любовь, и благосклонность Муз.
Кружит в сини ворон Ахерона,
Но ещё не пала оборона.
12 ноября 2009 г., Pittsburgh
* * *
Страницы жизни перелистываю,
Измяты памяти закладки. –
Читаю, плачу, каюсь истово –
Плоды раскаянья не сладки.
Что делать с нашей кровью Каина
Не знают лучшие умы. –
Эпоха проклята, охаяна,
Но только в ней любили мы.
И в наши дни зарёю майской,
Тяжёлой влагой налитой,
Вдруг время сбрасывало маски,
И обращалось добротой.
И просыпались птицы-барды,
И зренье возводило мост
К кустам, в которых миллиарды
Рубинно-изумрудных звёзд.
Шагнёшь с крыльца, забыв о страхах,
В оранж слепящей полосы,
И оглушит сирени запах,
И ванна ледяной росы.
13 ноября 2009 г., Pittsburgh
По окнам террасы дождь барабанил,
Неистов, как Ноев потоп.
Взимал со смородины тяжкие дани
И мял непокорный укроп.
Дамокловы молнии – змеи при жале,
Таранных громов тарарам.
И пушечно стёкла в ответ дребезжали,
Рвались нараспашку из рам.
Откуда небесная ярость добыта,
Чья чёрная залежь за ней? –
Но крыша трещала – звенели копыта
Разъяренных тысяч коней.
И ветер свистел, хулиган-поножовник,
И piccolo свист в голове.
И сыпался сочный прозрачный крыжовник
И градом лежал на траве.
Небесные силы – страшились не их ли,
Круша заповедники тем?
Но громы внезапно за лесом затихли,
И мы возвратились в Эдем.
И линзами капли, и ёж-неудачник,
И ели игла на листе… –
……………………………………………….
Об этом нам пел переделкинский дачник
В великой своей простоте.
14 ноября 2009 г., Pittsburgh
Опять езда. Не dolce vita,
Но список мелочных обид.
Заря сегодня ядовита –
Вдоль горизонта – цианид.
И не улыбка Айболита
Светила искажённый лик,
Но по бетону желчь разлита,
И в стёклах бьётся жёлтый блик.
А, впрочем, просто мчаться – Чудо,
И самого себя бранить…
И spero – живы мы покуда –
Что ножницам не тронуть нить.
16 ноября 2009 г., Route 22, East
Енот шуршит. Он ищет крышу.
К зиме поник чертополох.
А я всё время рифмы слышу,
О, дай мне, Б-же, чтоб оглох!
В часы уютные метели,
Не сочинительский Тантал, –
Здоровый дух в здоровом теле, –
Я б книги мудрые читал.
А чтоб от мудрости не сбрендил,
Чтоб ум не рухнул в жалкий сплин,
Я подливал бы щедро бренди,
Огонь сияющих долин.
Бреду. Указка хворостины
Взметает падшие листы… –
Скажи мне, ветка Палестины,
Ужели не еврейка ты?
16 ноября 2009 г., Johnstown
Такие вышли пироги –
Кругом враги.
А встречи с другом
Давно за кругом.
Пересекая исчерченность троп,
Ямбы терзая, а также хореи,
Стих вспоминаю,
Он яд, не сироп:
«Здесь я лежу, Тимон Мизантроп,
Уходи же скорее»… –
Что ж, ухожу, хоть и тьма впереди… –
«Можешь меня обругать,
Только скорей уходи»…
17 ноября 2009 г., Johnstown
* * *
Беседовал со сквозняком.
И сам не понимал – о ком?
О ком, о чём, в каких веках? –
Наверное, о сквозняках.
Он улыбнулся невзначай, –
Покрылся рябью в кружке чай,
Предвестником метелей скорых
Сквозняк прошёл волною в шторах.
Свеча мигнула, и над ней –
На потолке балет теней…
Тепло. Уютно. Сухо. Мило.
Но душу строфами томило,
Шепнул сквозняк: «Голубчик, срок
Для стаи сплетниц – строк-сорок».
……………………………………..
Назло поэзе-ахинее
Окно закрою поплотнее.
17 ноября 2009 г., Johnstown
* * *
Я примитивен, как соха,
В моих стихах, а впрочем,
Есть прелесть в краткости стиха, –
Тем слаще, чем короче.
18 ноября 2009 г., Johnstown
Удушье. Ворот рвать рубашки.
А губы синевы синей.
Закрыл глаза – вспорхнули пташки,
Законов всех они сильней.
Что плоть! Трухлявая фанера…
Душа – мимоза в январе.
На сцене хохот – Хабанера.
Как об колено – это «ре»…
20 ноября 2009 г., Route 22, West
* * *
Я видел всё, что сам хотел. –
За суетой небесных тел
Недвижимый покой пространства. –
Там обретали постоянство
Реки разливом времена.
И, тишиной озарена
Неслыханного занебесья,
Душа, отбросив плоти груз,
Вдруг находила равновесье
В союзе вечности и муз.
22 ноября 2009 г., Pittsburgh
Неизбывный гул колёс,
Горизонта серый плёс,
Облака, что парусами
Над промокшими лесами.
Чёрт и туча – заодно, –
Рвётся сказки полотно.
Смех Рашида аль Гаруна –
Зачерпнула бортом шхуна
Зелья изумрудных толщ. –
Что-то слог мой нынче тощ.
И небес иссякла милость,
Хоть себя опустоши… –
………………………………..
Вот такая получилась
Философия души…
24 ноября 2009 г., Route 22, West
Софье Гильмсон
Не рыцарь в грозном блеске лат
Воспет сегодня строгим ямбом. –
Я к звёздам вознесу салат
Из слов, созвучных дифирамбам.
Смешаю языка пласты,
Добавлю специй и нектара –
О, изумрудные листы
В росе Б-жественного дара!
Нет, не единым хлебом манн
Благословил Г-дь еврея. –
Но радость даровал Гурман
Кинзы, петрушки, сельдерея.
Творец в пиру своих палат
Язык и жизнь смешал в салат.
26 ноября 2009 г., Pittsburgh
Кладбище. Непреклонный взор.
Вернулся с пира Командор.
И снова в дьявольскую силу
Он сторожит свою могилу.
Кумиры, кажется, устали –
Торчать столбом на пьедестале
Такая мука – краше в гроб.
Напрасно хмурит медный лоб
Морозной ночью чёрный идол. –
Не видел Б-г, и чёрт не выдал, –
Веков мучителен озноб.
Хоть конь ему, а хоть секира –
Полярная Звезда горит
И тем, кто слышит, говорит:
«Не сотвори себе кумира».
27 ноября 2009 г., Pittsburgh
Следить за переменой дат,
Вздыхая, радуясь, старея, –
Чредою облачных регат
С метаморфозами Борея.
А дождь – не доктор Айболит, –
Насквозь – пространство, день, дорога…
И шепчет хор гранитных плит
Со склона: «Подожди немного»…
30 ноября 2009 г., Route 22, East
На век не нацепить ошейник –
Он сразу волк и волкодав.
И в этом мученик был прав. –
………………………………….
Спи, переделкинский отшельник,
Своей строкою смерть поправ.
1 декабря 2009 г., Johnstown
Всплеск запоздалого огня –
Коня неистово гоня,
Да так, что вдребезги копыта,
Про рыбку вспомни, про корыто,
Про вечер с красной полосой
И про старуху, что с косой.
2 декабря 2009 г., Johnstown
* * *
Столпотворение дорог –
Очнёшься – в тридевятом царстве.
И всё, чтоб убедиться мог
В Судьбы коварстве.
Из любопытства, не со зла,
Как в ночь – зарница,
Так мне развилку припасла
Судьба-шутница.
И разорвали фары мрак,
Как чёт к нечёту.
И вырвали дорожный знак:
«Катись-ка к чёрту»!
3 декабря 2009 г., Johnstown
* * *
Шуламит Шалит
Здесь тишине царить веками
В безмолвном шёпоте «Пьета»…
Но песней прорастает камень,
Его могильная плита.
И каждый шорох знает это,
На каждом – вечности печать:
В стихах – бессмертие поэта,
Стихам – звучать.
Неодолимая утрата,
Гранит – его последний дом.
Сияет купол Арарата
Алмазным льдом.
Пылает Солнце жаркой кровью,
По скалам кружит тень орла… –
Любовь ответствует безмолвью:
«Не умерла»!
Вот так весь день на солнцепёке
Печаль молчанием лечи…
Ручьями обжигают щёки –
Лучи?
……………………………………..
За облаками встреча ваша,
В краю за окончаньем лет.
И там вам снова круг лаваша,
И ночь, и песня, и рассвет.
3 декабря 2009 г., Johnstown
* * *
Румянец розами по щёкам, –
Мороз нам – что орешки щёлкать,
И слаще всех волшебных сказок
Полёт салазок.
Хочу печальным притвориться,
Да только радость впереди… –
…………………………………….
О память, призраков царица,
Мне душу зря не береди…
4 декабря 2009 г., Route 22, West
Итак, остановись, мгновенье
Самой Причиною Причин! –
Нас терпеливо ждёт забвенье
В своей пучине из пучин.
И всё ж Ты милосерден, Б-же, –
Ещё пылает наш костёр.
Театр блестит – партер и ложи,
Прожектора, помост, актёр.
И что ни миг – потоп трагедий,
Фортуны яростный таран.
Оркестры, не жалейте меди,
Греми грозою, барабан!
Но Ты, Всесущий, сам Поэт
И, значит, сохранишь Сонет.
5 декабря 2009 г., Pittsburgh
Я оборвал на полуслове
Везувий страсти и греха –
Чем проще слово, тем весомей,
Тем чище музыка стиха.
Не в громах бури децибельной,
Не в кумаче над головой,
Но в нежной флейте колыбельной
Творец живой.
Жизнь – Джомолунгма, не пригорки,
И в рёве роковых лавин
Нам слаще горечь чёрной корки
Изысков драгоценных вин.
Но знаешь, Б-же, только Ты
Законы высшей простоты.
7 декабря 2009 г., Route 22, East
Пусть истина искажена –
Затянем пояс туже.
Она – философа жена,
Неверная к тому же.
И жалок здесь любой гарант
Надёжному доверью:
Вздохнув, жабо сжимает Кант,
А Гегель хлопнул дверью.
7 декабря 2009 г., Johnstown
Не к мудрости, но катастрофе,
Влечёт нас сумма философий,
Что пробуждает ярость масс.
Но тот же бородатый Маркс
Щекочет нервы либерала,
Он к Марксу совестью влеком, –
Особенно за коньяком.
И цепи сбросив, чернь орала
И жгла богатые дома, –
Не от заката красны реки –
И корчились в огне тома
Профессорской библиотеки.
……………………………………
Так, размышляя на софе,
Внимая ленинским наукам,
Готовим аутодафе
Самим себе – и хуже – внукам.
8 декабря 2009 г., Johnstown
* * *
Последний взгляд из-под ладони,
И наша встреча в прошлом тонет… –
Была она, иль не была? –
Но Ангел распростёр крыла,
Печальный Ангел с чёрной лирой… –
…………………………………………
И над звездой и над могилой…
9 декабря 2009 г., Johnstown
* * *
Всю ночь я слушал ветра гул,
И стёкла дребезжали… –
Зимы неистовый разгул
Записан на скрижали.
Пора предчувствиям Сивилл,
Стенаниям, не одам.
Но Б-г опять благословил
Меня счастливым годом.
Рассвет сквозь снежные леса
По залам ледяного храма.
И шёпот – ваши голоса,
Отец и Мама.
И слёзы мне не побороть
Беззвучной речью:
«Спасибо – Ты велик, Г-дь, –
За вашу встречу».
10 декабря 2009 г., Johnstown
* * *
Ах, душа, не ной,
Пусть погрязла в прозе –
Купол ледяной
Звонок на морозе.
Взрыв – алмазы льда,
Солнечная ласка…
Горе – не беда,
Так нас учит сказка.
Успокой печаль
Путником бывалым,
Есть другая даль
Там, за перевалом.
11 декабря 2009 г., Route 22, West
Не фея снилась, не соната,
Не пёс, укравший колбасу,
Терзало сердце ostinato –
Фигура дьявола в басу.
Манишка с дырами от моли,
Проеден нафталинный фрак,
Сквозь наваждение в ха-молле –
Улыбчивый, бессмертный враг.
А мне бы к Солнцу, мне б к бе-дуру,
Бетховена фанфарный клич! –
Кручу ту чёртову фигуру,
Какой-то чёрный паралич.
Жестокость римского сената,
Чужих богов нездешних неб, –
А мне бы «Лунная соната»,
Хоть четверть полонеза мне б!
Очнись, воспрянь – кого ты славишь?
С кем этой музыки завет? –
Не оторвать руки от клавиш
И до рассвета вечность лет.
12 декабря 2009 г., Pittsburgh
* * *
Ковыли степные,
Волны ковыля…
Годы – псы цепные,
Человек, как тля.
Долгие закаты,
И рассвет кровав…
Вечный сон – солдаты
В океанах трав…
А различья помнить
Смерти не с руки –
В этом общем доме
Рядом спят враги…
Оберсты, старшины,
Генерал, капрал…
Ржавые машины,
Кружевной металл…
Степь не знает борон,
Первобытна мощь.
Только кружит ворон,
Мёртвой сини вождь.
12 декабря 2009 г., Pittsburgh
* * *
Купола свёкла,
Свёкла промокла.
Свет редеет и меркнет.
Тусклые стёкла
Церкви.
Сердцу иглы укольней
Туча над колокольней…
Крест, вознесённый в рань,
Рвёт грозовую ткань.
Изморозь, мокрая пудра.
Скучное утро…
13 декабря 2009 г., Pittsburgh
Люди-птицы – по гнёздам.
Окна зашторены наглухо. –
Тесно в проулках звёздам,
Их губит фонарная радуга.
Снега скрипы морозные,
Путник в замёрзшей пустыне,
Один со своими звёздами –
Алмазный ресничный иней.
Без цели, без направления
Бредёт беспредельными льдами… –
Колена и поколения –
За световыми годами.
И знает: он лишь аллегория
Мгновений стрелолетящих,
И жизнь его – просто предгория
Вершин предстоящих.
18 декабря 2009 г., Johnstown
Дороги долгая рутина,
По рощам пыль, да паутина,
Зима грозит из карантина –
Всё заморозит-разорит…
А мне – хоть корь, хоть скарлатина,
Хоть издевательства кретина,
Хоть дифтерит. –
Смертельной клиники картина
Мне силы удесятерит. –
Назло капризам горла-плевры,
Упорнее большевика,
Я создаю свои шедевры –
И на века!
18 декабря 2009 г., Route 22, West
* * *
И снова сны на годосклоне –
Всё та же тусклая Луна,
И снег сугробом на газоне,
Соседка с поступью слона.
Скандал на кухне коммунальной,
И Митя, клоун ненормальный,
Потеха злобной детворы,
Помойки, задние дворы,
Каток подобьем биллиарда,
Бульвар, умерший без мамаш,
И в этом фильме авангарда
«Легко на сердце» – звонкий марш…
20 декабря 2009 г., Pittsburgh
* * *
Зима оскаливалась люто,
Пыталась рвать событий трос,
И достиженья абсолюта
Алкал мороз.
Метели нового призыва
Вздымали леденящий стяг,
И обертонами разрыва
Звенел струны времён натяг.
А в роще стыл подлесок тощий,
Да иней, падая с куста,
Шептал: «Пиши, дружище, проще,
Запомни, красота – проста».
22 декабря 2009 г., Pittsburgh
Вспоминать из отдаленья
Дни, летевшие, как лани,
Эта грация оленья
Отлетевших вешних дней.
Свечи жарче, чем поленья,
И сквозь ночи раскаленье
Различал я тени Длани,
Крыльев Ангела над ней.
А на счастье, для удачи
На дверях была подкова,
И серебряные нити –
Украшеньем в волосах.
И кружили стаи грачьи –
Самолёты над Быково,
И не знало слово крова
С нашей жизнью на весах.
Сквозь космические дали
Вспоминаешь Ты едва ли
В том краю, где за чертою
Смолкли наши голоса. –
Как на поезд опоздали
Неразлучною четою,
И багровый холод стали,
И апрельские леса.
23 декабря 2009 г., Pittsburgh
* * *
И вот сползает мишура
С земного шара,
И посреди зимы жара
Страшней пожара.
И ни к чему теперь гробы –
Ни дня, ни дома.
По полюсам стоят грибы –
……………………………….
Разумный homo…
24 декабря 2009 г., Pittsburgh
* * *
Хандру безжалостно гони
К минувшим чёрным дням, –
Взгляни на города огни
И улыбнись огням.
Ещё не мёртв задор коней,
И рвётся дух из пут. –
Так сочини Сонет о Ней,
Что музою зовут.
Луна сегодня – полудиск,
Смиренна, как овца.
Зато по окнам гроздья искр,
В гирляндах деревца.
И звёзд торжественен гавот,
И ты, как эта высь,
Всему, что дышит и живёт,
Печально улыбнись.
25 декабря 2009 г., Pittsburgh
Построждественское утро
Первым светом из окон,
Облака из перламутра,
Города аккордеон.
Кто-то пробует аккорды,
Да, видать, судьба лиха. –
Чёрный круг, вороньи орды,
Горл их хриплые меха.
Пачка строк – кочан-капуста… –
Ах, я сам не златоуст! –
Мне в постмодернизме пусто,
Б-же, до чего он пуст…
26 декабря 2009 г., Pittsburgh
Декабрьский день во весь свой чёрный рост.
Ещё беде поверить я не в силах.
Закрыл глаза – мерцанье жёлтых звёзд
На наших неопознанных могилах.
А сколько их – возможен ли реестр? –
В полнеба пепел, ямы, рвы и щели.
Нам памятником будет твой оркестр,
Кларнеты, скрипки и виолончели.
Про девять граммов жаркого свинца,
Про ветреность красавицы-удачи –
Кавалергард с гитарой у крыльца. –
А год кончался в подвенечном плаче.
Иссякли капли датских королей,
Кто их теперь подарит нам, сиротам,
Разбросанным сумятицей ролей
По всем меридианам и широтам.
Теперь итог. Судьба в последней сумме.
Как жалки бесполезные слова!
И всё-таки: Великий Мастер умер.
Уснул. Ушёл. Но музыка жива.
27 декабря 2009 г., Pittsburgh
Год истекал. Что ни мгновенье – веха
Последней сути без подпорок «бы».
И в тусклых стёклах дребезжало эхо
Величественной поступи Судьбы.
В кого она прицелилась из лука,
Куда летит бесстрастная стрела? –
Сказал поэт – любви сестрой разлука,
И кто взлетит, тому сложить крыла.
Кончался год. За что ж нам сердца мчанья,
Когда по льдам уже заката медь? –
Не лучше ль стать фигурой умолчанья,
Исчезнуть, раствориться, онеметь?
Когда бы знать… Да где же мудрость впрок? –
И в этом умирания урок.
29 декабря 2009 г., Pittsburgh
* * *
Снег на рассвете падал,
И город казался садом,
Цветущим вишнёвым садом
В пору весёлых гроз.
И, как бывает с садами,
Он нас чаровал плодами,
Будущими плодами
Ради которых рос.
О, эта сладость иллюзий –
С фантазией в звонком союзе
Она создаёт миры.
И видим не лёд, не холод,
Но маем объятый город
Из чёрной декабрьской дыры.
И память летит – кинолента –
Утренних улиц crescendo,
Минувших времён аренда
С каноном здешних сирен.
И слышу – в кельи-светёлки
Стучат новогодние ёлки,
Пушистые нежные ёлки
И будят наших царевн.
А если серо сегодня,
На это воля Г-дня,
Путь эра настырно сера –
Мечтою переиначь. –
Да только печали в угоду
По уходящему году,
По всем, кто назначен к уходу,
В сердце прощальный плач.
31 декабря 2009 г., Pittsburgh