m r o m m . c o m Стихотворения_и_поэмы
(Из новых стихов, Январь – Март 2010 г.)
Борис Кушнер (Питтсбург, Пенсильвания)
Содержание
Не обвинённым, не прощённым...
В снежном море холмы поплавками...
Дождь-не дождь – так мелко сито…
* * *
Падал снег неспешный –
Все снежинки порознь,
Нежный шёпот снежный,
Безутешный поезд…
Плачет он – о чём бы,
Пароход над мелью? –
Город-катакомбы,
Празднества похмелье.
Viva непогодам,
Всех метелей гамме,
Город, с Новым Годом,
С новыми снегами!
1 января 2010 г., Pittsburgh
* * *
Не верю мудрому китайцу
С его серебряной иглой,
Не верю солнечному зайцу,
Аполло с роковой стрелой.
Не верю колдунам косматым,
Их бубнам, танцам и грибам,
Не верю и гомеопатам,
Их бледным лицам и губам.
Не верю в чаще злому зверю,
Не верю картам и судьбе.
Не верю, Г-ди, не верю –
Всех прежде – самому себе.
Но верю, глупый малолеток,
Царевнам тридевятых царств,
А также химии таблеток,
Могучей магии лекарств.
2 января 2010 г., Pittsburgh
* * *
И пал ещё один рассвет
На ели, важные, как дожи… –
Открыл глаза – сомнений нет –
Проснулся, дожил.
Сорока, вечное трепло,
Чуть свет чечёточно стрекочет,
И будто клюв стучит в стекло… –
В разгар зимы душе тепло,
Душа любить и плакать хочет.
4 января 2010 г., Pittsburgh
* * *
Космические пейзажи,
Рощ снеговые береты.
Призраки-экипажи,
Ледяные кареты.
Лёд дорогой расколот… –
Сердца ль, ума наблюдение? –
Собственный внутренний холод
Страшнее оледенения.
6 января 2010 г., Route 22, East
* * *
Вышел прогуляться чтобы –
Снег, сугробы – высшей пробы.
И в алмазы солнце об
Подвернувшийся сугроб.
У зимы свои забавы –
Стынут рощи и дубравы,
Замерзает старь и новь,
Но бурлит по жилам кровь –
Оказалась впору доза
Мне инъекции мороза!
7 января 2010 г., Johnstown
Софье Гильмсон
Акварельны разводы слякоти,
Мостовая живее неба.
Город в запахах нежной мякоти
Свежего хлеба.
Каждый мерит на свой аршин –
Мне милее цветения липы,
Обречённое чавканье шин
И подошв безысходные всхлипы.
Умирая, Моцарт звучал
Не на этой пророческой ноте ли? –
Реквиемом начала начал
Предстоящей вселенской оттепели.
Птицы пели, как будто врасплох
Вдохновенье настигло их утренник.
Улыбаюсь – день был неплох,
Пусть не внешне, глубинно-внутренне.
Облаков грязно-серая ткань,
Но в разрывах она лазурна,
И лучи озаряют рань
До-минором ноктюрна.
9 января 2010 г., Pittsburgh
Опять балеты снежных хлопьев,
Сухим staccato двери стук –
И, кажется, – Сергей Прокофьев
Во весь напор могучих рук.
Его размах, его marcato,
Убийственное для Джульетт… –
Вот так и нас звала когда-то
Весна за окончаньем лет…
Legato линия кларнета,
Невы в седых сугробах лёд… –
Как мимолётно наше лето,
Как долго осень слёзы льёт…
10 января 2010 г., Pittsburgh
* * *
Бессонной ночи контрастом
Снежный пейзаж. –
Утро, всё-таки, здравствуй!
Пиши, карандаш!
А, впрочем, стихи не функция
Карандаша-пера. –
Вышёптываются безумцами,
Когда приходит пора.
Порой под Луной двурогою,
Порой под пламенный грог –
Но чаще
всего
дорогою,
Которую
дарит Б-г.
11 января 2010 г., Route 22, East
* * *
Как говорится, мир другой. –
Пространство выгнулось дугой,
И солнце вдруг из ниоткуда –
Какое Чудо!
Прорыв из царствия сего –
От зла – зола! –
И надо, навсего всего,
Иметь крыла.
12 января 2010 г., A-319, Pittsburgh – San Francisco
* * *
Вершины – призраки Кремля,
Внизу, наверно, Колорадо.
Заледеневшая земля,
Которой ничего не надо.
Меня не надо в том числе –
Помилуй Б-г, что за потеря! –
На самолёте, на осле –
Всё та же старая тетеря.
Бывало, рвался из вериг,
Где только чёрт меня не вынес!
И кто заметит, хоть на миг,
Неисчислимо жалкий минус?
А старость, как настырный флюс,
Не поддающийся лекарствам… –
………………………………………
Внизу земля – огромный плюс –
Весёлой молодости царством.
12 января 2010 г., A-319, Pittsburgh – San Francisco
* * *
Не обвинённым, не прощённым
Бреду лицом перемещённым,
Нет ни управы, ни суда –
Зачем явился я сюда?!
Зачем, неизмеримо грешен,
Меж небом и землёй подвешен?!
Ах, люди, люди, je vous aime –
За что, сердешные, зачем?
13 января 2010 г., San Francisco
* * *
Рассвета с городом амуры,
Лукавый луч из верхотуры,
Ревнивых чаек склочный гам… –
Маячат призраки-фигуры
По улицам и площадям.
В них агрессивная опаска
Погонщиков скрипучих арб –
У каждого своя коляска,
Горой навьючен жалкий скарб.
Протяжной нотою печали
Здесь празднества омрачены,
И чайки плачут на причале
И разлетаются, как сны…
И небоскрёбная щетина
Пронзает плечи облаков… –
…………………………………
Вполне античная картина
Любви и мщения богов.
14 января 2010 г., San Francisco
* * *
Начало утренней тщеты –
Гудков, сирен, огней жаровен.
Здесь нет достойной нищеты,
Что древней драме стала б вровень.
Какой-то несусветный сор
Разбросан из палат бедлама –
Огрызки музыки и ссор,
Безумные глаза из хлама.
Тебе, наивный Дон Кихот,
Моя рассветная не-ода… –
Но счастлив сытый доброхот –
Зато права, зато свобода!
15 января 2010 г., San Francisco
* * *
От океана пьяный яд
Весёлого пассата,
И слаще пения наяд
Шепчу себе: «Когда-то…»
Когда-то, не когда-нибудь –
У старости напевы. –
И каждый путь – последний путь… –
Мои полёты, где вы?
15 января 2010 г., San Francisco
* * *
Грохот турбинного риска –
И в облака напролом! –
Город Святого Франциска
Стал на дыбы под крылом.
Будто все черти резвились
Бешено и оголтя,
В тучи бесформенный вырез,
Как в тартарары, летя.
Из предсказаний не вычесть
Звон-ксилофон на гробах,
Этот канкан электричеств, –
Что там старик Оффенбах!
Но, как судьба, выпрямляясь
В жизнях, которым за сто,
Города вежливый аист
Мирно вернулся в гнездо.
17 января 2010 г., A-319, San Francisco-Pittsburgh
* * *
Сползает бытия кора,
Под нею – истина нагая.
А смерть настырней попугая
Твердит своё «пора, пора»…
17 января 2010 г., A-319, San Francisco-Pittsburgh
* * *
Востока тщетные усилия –
Не прорастёт рассвета лилия, –
Туман опасно вязок был,
И густ, как океанский ил,
Который разгрести едва ли… –
На перевале.
Ползёшь, гадая о пустом,
В тумане, как тоска, густом…
Туман шершавей бересты…
………………………………..
Дожить бы до времён звезды…
19 января 2010 г., Route 22, East
Зимнею ночью без звёзд и без края
Ветер по полю летит ледяной.
Солнце моё, о Тебе, умирая,
Молча, заплачу последней виной.
Ветер на приступ за жалкой стеною,
Хочет прорваться в оконный проём. –
Солнце моё, Ты вернулась Луною, –
Лёд засветился в оконце моём.
Лихо я жизнь прочертил бороздою,
Счёт не оплачен долгов-недостач.
В зимнюю ночь, под Полярной звездою,
Солнце моё, вспоминай, но не плачь.
Годы короткие наши сгорели,
Рыщет метель, как голодная рысь.
Солнце моё, вспоминай про апрели,
За упокой улыбнись, улыбнись…
20 января 2010 г., Johnstown
* * *
Бесполезные подсчёты –
Ни руля, и ни ветрил,
Восклицаешь только: «Что ты,
Что ты в жизни натворил»!
Эти сказки со стрижами,
Узких ласточек полёт,
И разбитые скрижали –
Их осколки вмёрзли в лёд.
Только небо голубое,
Только слёзы Маргарит,
Неумолчный гул прибоя –
Это Время говорит.
21 января 2010 г., Johnstown
* * *
Стыл перевал в утробе тучи,
Её седины рвал капот,
Мне только радио попутчик,
Культуры крепость и оплот.
И, как в фойе киносеанса,
Куда стекался стар и мал,
Томила музыка Сен-Санса, –
Картинно лебедь умирал.
Он в такт смычку виолончели
Печально шею изгибал, –
Как будто смерть из адской щели
Учтиво назначала бал.
Но мы другого ожидали, –
Кино – хвальба, пальба, ковыль!
……………………………………
Меж тем жевал седые дали
Мой Росинант-автомобиль.
22 января 2010 г., Route 22, West
* * *
Тоска дорожной маяты –
Всё фары-фонари… –
Сегодня я с зарёй «на ты»,
Поскольку нет зари.
Орган-мотор – канон утрат,
И даже дождь устал,
Рассвета нет, кругом – закат,
И жалок век-Тантал.
А над дорогой клин гусей
Сверкнул, как чёрный блик. –
«Не жди надежды в жизни сей» –
Дрожит их дальний крик.
25 января 2010 г., Route 22, East
* * *
Утро серое снежное,
Пение скрипки нежное…
Дорога из сна
Снегом занесена.
Холмы – в океане мели,
Белые ели,
Колпаки набекрень…
……………………
Всё-таки день…
26 января 2010 г., Johnstown
* * *
Себя к другим не примеряй,
У каждого свои невзгоды. –
Иному наступает рай
От просто солнечной погоды.
Кому-то нужен «Мерседес»,
Кому-то пламенные очи, –
А вот тебя попутал бес,
Ты сам не знаешь, что ты хочешь.
26 января 2010 г., Johnstown
Я проснулся. Еле-еле
Виден потолка зенит.
Стёкла так заледенели –
Тронешь пальцем – зазвенит.
Мальчик-с-пальчик, снег игольчат,
Пусть мороз осатанел –
Неумолчен колокольчик,
Миллиарды кампанелл!
Наших ахов миллиарды,
В каждом миге – миллиард, –
Созывает авангарды
Для своей атаки Март!
Так забудем про резоны –
Снег рассыпчат, снег зернист. –
Паганини-Лист-Бузони,
Занебесный пианист.
Вы играйте, вы звените
Над полями, за горой.
И, конечно, извините,
Что печальны мы порой.
Фрейлакс хоть, а хоть калинка
Под весёлою Луной –
Нынче каждая снежинка –
Колокольчик ледяной.
27 января 2010 г., Johnstown
* * *
Тот разговор наш на морозе
Был абсолютно несерьёзен. –
Подумай сам, – какой серьёз,
Когда стоит такой мороз?!
Спасай язык, примёрзший к нёбу,
Любую глупость бормочи –
Хоть челобитную сугробу –
Кругом сугробы-басмачи.
Мороз призвал на помощь братца, –
Полярный ветер – лёд из вен! –
Скорее с улицы убраться. –
Домой! Очаг, свеча, глинтвейн.
29 января 2010 г., Route 22, West
– 1 –
Февраль, февраль, моя весна…
И ночь, ушедшая без сна,
В твоих сугробах, молча, тонет…
И хрупок голос в телефоне.
Печален свет в твоих глазах…
Февраль, февраль, весенний страх
К утру метель на север гонит,
И Ты молчишь, и я с Тобой,
И над печальною трубой
В окне замёрзшем солнце всходит.
Февраль 1978 г., Москва
– 2 –
Лечу сквозь горизонт в овале –
Не знаю – счастлив, несчастлив,
Но золотом на самоваре –
Зари разлив.
И вспоминаю – как над гробом, –
Кусая до крови губу,
Другой февраль с его ознобом
И в ледяном окне трубу –
Какой-то, видимо, котельной –
Как на морозе пар упруг!
И первый свет, и крест нательный,
Разрывом судеб, троп и рук.
Тысячелетья миновали,
Уплыли Летою они… –
Заря Твоим лицом в овале… –
Где Ты теперь? Г-дь, храни…
1 февраля 2010 г., Route 22, East
* * *
Что скажешь, старая судьба,
Подруга приключеньям оным? –
Вот так – без следствия-суда –
Я признаю себя виновным.
Сюда, Эринний рой, лети!
Здесь вам назначена пожива… –
…………………………………
Мои петлистые пути,
Канканы на краю обрыва…
1 февраля 2010 г., Route 22, East
Нить истёрлась. Нить промокла. –
Прикоснёшься и конец. –
Здесь не нужен меч Дамокла,
С неба в молниях гонец.
Не крушение Вселенной,
Не Синая пламень-дрожь –
Просто и обыкновенно:
Все ушли, и ты уйдёшь.
2 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
Облётом утренний дозор –
Вороньи переклички. –
Вставало Солнце из-за гор,
Как будто по привычке.
И, оценив привычно риск,
Оно скользнуло выше. –
И вот уже сияет диск
И в позолоте крыши.
И смолкли чёрные гонцы –
К чему теперь проверки? –
Холмов алмазные венцы
Швыряют фейерверки.
Глубины зимней тишины –
В них марш и лакримоза…
Как будто мы приглашены
На празднества мороза.
2 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
Кипенье яблочного сада? –
Опомнись, всё-таки не май! –
Неслышной сказке снегопада
Смущённою душой внимай.
В убранстве бальном даже тучи,
В балетных пачках дерева…
И слышится негромкий Тютчев,
Простые нежные слова.
3 февраля 2010 г., Johnstown
Снятся в небо лестницы
Солнечной мечтой… –
Умирают сверстницы –
Почему, за что?
Замолчи, не спрашивай,
Небо не гневи, –
Про крушенье нашего
Возраста любви.
4 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
Тенором из «Тоски»
Ветер – глас Судьбы.
Жизни перекрёстки…
Шепчешь: «Если бы…»
Сладостные миги,
Горькие года… –
Только Запись в Книге
Раз и навсегда.
4 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
Под этим смеющимся Солнцем
Только радоваться, да жмуриться –
В одиночку и социумом,
Континентом, страной и улицей.
К Светилу: «Покайся, сверкнув виновато! –
За рифм галиматью,
За то, что мне не дана мудрость Сократа,
Но склонность к стихонытью».
4 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
Солнечные залы,
Театральный блеск,
Снежные завалы,
Льда хрустальный треск.
Эх, сейчас бы сани,
Пар, медвежий мех,
Снежными лесами –
Бубенцы, да смех!
Чтоб копыта рыли
Кратеры в снегу,
Эй вы, вороные,
Птицы на бегу!
Времена другие
Не летать уже…
И пудовы гири –
Тяжесть на душе.
7 февраля 2010 г., Pittsburgh
* * *
Не во сне, наяву –
Не еду, – плыву.
Неба бледная скатерть,
Льда серебристый плед, –
Машина – торпедный катер,
Но без торпед.
Зимы опасные опыты,
Зари чахоточный свет. –
За что нам такие хлопоты? –
Ясен ответ.
8 февраля 2010 г., Route 22, East
* * *
Надежды выжжены дотла,
Торжественно теченье Леты…
А мы… – Всё мелкие дела
И бесконечные суеты…
9 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
«А снег идёт, а снег идёт»… –
Кто это пел? Эдита Пьеха?
А снега здесь невпроворот,
И нам от снега не до смеха.
Лопату страстно обхватив,
Как Кант моральную идею,
Мычу заезженный мотив
И непрерывно молодею.
Да! Молод я не по летам –
Поклон ушедшему трамваю!
Я помню всё, что было там,
А здесь цвету и вызреваю.
Да! Молод я не по уму –
Да здравствует созвездий пенье!
Нытьём занудным не уйму
Крови весеннее кипенье!
9 февраля 2010 г., Johnstown
Небес опасное соседство,
И пусть несбыточны мечты,
Зато от скуки буквоедства
Эвтерпою избавлен ты.
Ты станешь рогом изобилья,
Безумцам сладость чтенья для. –
Не разум дал Пегасу крылья
И не унылая земля.
Пусть сердце пламенным напором
Провозглашает: «Ça ira»!
……………………………………..
Вот так плывут созвездья хором
По Воле Вечного Пера.
11 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
Ночами где-то выли волки,
Вот-вот подвоешь сгоряча,
И шевелила тень двустволки
На призрачной стене свеча.
Лежишь и бредишь солнцем-летом,
Очнись, ты не в своём уме! –
Сейчас бы садануть дуплетом –
По тьме.
Как ни крути, а дело – крышка,
Лежишь в горячке, бормоча…
Сейчас бы ухватить ружьишко
И в тьму – с плеча!
12 февраля 2010, Route 22, West
* * *
Старики уходят –
Дан Закон природе.
Умирают дети –
Правды нет на свете.
Умерла ровесница,
А Земля всё вертится –
И во снах и наяву, –
…………………………
И зачем-то я живу.
13 февраля 2010 г., Pittsburgh
Дела, поступки и деянья,
Все оправдания – не те. –
Из лицемерья одеянья –
Суть в первозданной наготе.
И плоти оседает зданье,
И звёздный ветер рвётся в дверь… –
И жалким кажется теперь
Земное наше достоянье.
Всё оставляем за собой –
Вражду, любовь и озаренье,
Когда встречаемся с Судьбой
В её финальном изъявленье.
«Прощай, мирская суета» –
Гласит могильная плита.
14 февраля 2010 г., Pittsburgh
* * *
Поле. Снежные пучины
Ни один не тронул след. –
Что-то слёзы без причины,
Ведь причин для плача нет.
Лишь растёт торосом наледь
На подветренной щеке,
Да рыдает ветер в память
О замёрзшем ямщике…
А метель не укорится –
Лишь по крыши терема.
………………………………
Непреклонная царица,
Беспощадная зима.
16 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
Потоки мокрого ила,
Серого сверху донизу. –
Зима обратила
Звёзды в гипотезу.
Грехи и наказание,
Ветер – стенанья хазана.
А то, что есть мироздание,
Наукой всерьёз не доказано.
18 февраля 2010 г., Johnstown
* * *
В снежном море холмы поплавками –
Видно, жаждет улова Рыбак.
И блесной в синеве с облаками
Вспыхнул солнца медный пятак.
Уж не я ли назначен уловом? –
Но закланья страшится овца –
Вдохновись и отчаянным словом
Очаруй и разжалобь Ловца.
Чтоб оставил немного дороги
И сонета четырнадцать строк,
Что упрятаны в тела остроге
До того, как наступит им срок.
Чтобы это мгновенье явилось
В урагане ли, в трели сверчка… –
Так даруй свою высшую Милость
И позволь мне сорваться с крючка.
19 февраля 2010, Route 22, West
Судьба вздыхала, как Изольда… –
Волчица, вылезшая шерсть… –
Жизнь – наважденье эпизода,
А сколько их – четыре, шесть?
Меж ними серые пунктиры –
Не вспомнить – плачь, иль ворожи… –
Лишь сны: кривляются сатиры,
И жалят змеи в гущах ржи…
21 февраля 2010 г., Pittsburgh
* * *
Дождь-не дождь – так мелко сито,
В голове – чертополох… –
Танцевальная сюита.
Шостакович. Милый вздох.
Что ж ты? Не проснулся толком?
Не клони на руль главу! –
Зарычит мгновенье волком –
Не во сне, но наяву.
Пропасть справа, пропасть слева.
Разветвленья серых рек.
Прелесть древнего распева… –
………………………………………
Но ведь это твой был век!
22 февраля 2010 г., Route 22, East
Не река, скорей ручей,
Безымянный и ничей.
Дерева над ним шатрами,
Ржаво каркало утрами
Рощ окрестных вороньё.
Репродуктора враньё
Доносилось из посёлка,
У калитки стыла ёлка
В перламутровой росе…
Луч, игравший в мышки-кошки
По игольчатой дорожке,
Счастье – белкой в колесе.
И звенели переклички
С чистым солнцем – электрички.
Не герой, не царь, не бог,
Я ещё смеяться мог
До рыданья, до захлёба:
«Эй, вратарь, смотри же в оба»!
23 февраля 2010 г., Johnstown
Старой дачи причиндалы,
Паутина по углам… –
Пей сосновые сандалы
И забудь про пыль, да хлам.
Ни Икара, ни Дедала –
Обречённость вечных тем. –
Ты опять не угадала –
Мы откуда и зачем?
На заборе сохла майка,
Зной, жужжала детвора… –
Угадай-ка, угадай-ка –
Интересная игра…
23 февраля 2010 г., Johnstown
За ночь роща поседела,
Ель – крахмальное бельё… –
А зиме – какое дело, –
Не разжалобить её.
Только нам достало жалоб, –
Каждой вещи – свой черёд. –
Знать метелям надлежало б –
Март улыбчивый грядёт!
Солнце – юная Жар-птица,
Над полями блеск-крыла,
Синева не наглядится
В золотые зеркала.
И назло ночным кошмарам,
Что толкают за межу,
Я любуюсь снежным паром
И в слезах дрожащим шаром,
И дышу, дышу, дышу…
24 февраля 2010 г., Johnstown
Ветер, злобный мошенник,
Снег швыряет за шиворот.
Надеть бы ветру ошейник.
Да шикнуть на Ирода!
Стреножить бы! Руки коротки
Для ветров табунного бега!
Холмов копчёные окороки
Торчат в океанах снега.
Здесь где-то была дорога
С радостями и лихами…
Дрожи же и бойся Б-га –
Вот Он – за снежными вихрями…
26 февраля 2010 г., Johnstown
Не Пенсильвания – Сибирь,
Такая мощь, такая ширь,
Такое безобразье.
А если вместо мира – мел,
Как говорится, Б-г велел,
А с Ним поспоришь разве?
Азартно из загробных зон
Зима, забыв любой резон,
Восстала в полной силе. –
А я пью музыки озон –
«Арлезианка», перезвон –
Не песни о могиле.
Виват нектарам перемен!
Зима, холодная Кармен,
К концу подходит соло! –
Такой в природе диамат –
За февралём наступит март,
В ручьях Хозе весёлый.
26 февраля 2010, Route 22, West